ChatGPT продолжает удивлять пользователей новыми возможностями, и свежий вирусный тренд демонстрирует необычное применение искусственного интеллекта. Вместо стремления к фотореализму, пользователи теперь просят нейросеть превратить свои качественные снимки в грубые, по-детски наивные рисунки, напоминающие творения из графического редактора MS Paint 90-х годов.
Привлекательность цифрового хаоса
Для достижения такого эффекта достаточно использовать простой текстовый запрос. Обозреватели, экспериментировавшие с этой функцией, отмечают, что эффективным оказалось следующее указание для ChatGPT:
- «Перерисуй это изображение как неумелый, детский рисунок, нацарапанный в MS Paint исключительно мышью».
По сути, запрос заставляет ИИ имитировать нерешительные, неровные линии и общую неискушенность в рисовании. Несмотря на такую установку, результаты часто оказываются весьма забавными и вызывают ностальгию.
Превращение портрета
Пример такого преображения — простая фотография человека, сидящего на стуле, без отвлекающих элементов. В «каракульной» версии вся сцена передается серией энергичных, накладывающихся друг на друга линий. Стул становится небрежным коричневым контуром, его изгибы преувеличены и слегка неровны, а спинка обозначена быстрыми, повторяющимися мазками, которые так и не формируют четкий край. Обивка заполнена бледными штрихами, местами выходящими за границы, что создает впечатление едва удерживающейся формы.
Фигура упрощается до смелых цветовых блоков и контуров. Рубашка представляет собой просто сплошное синее пятно с слегка колеблющимися краями, где линии не совсем совпадают. Джинсы выполнены толстыми синими мазками, игнорирующими складки и сосредоточенными на максимально быстром заполнении пространства. Черты лица остаются узнаваемыми лишь при условии внимательного рассмотрения.
Даже мелкие детали приобретают игривый характер. Шнурки превращаются в запутанный клубок пересекающихся линий, а подошвы обуви обведены контуром, толщина которого меняется прямо во время штриха. Общее впечатление — будто кто-то пытался зафиксировать все как можно быстрее, создавая рисунок, напоминающий детское воспоминание о бегло увиденной фотографии.
Пейзаж глазами ребенка
Для проверки эффекта на более сложном фоне был использован снимок, сделанный в джунглях Белиза. Оригинальное фото обладало глубиной и структурой: зелень уходила вдаль, а каменные руины добавляли текстуры и историчности.
Версия с каракулями нивелировала эту сложность, превратив ее во что-то более непосредственное. Пейзаж стал полем из зеленых петель и линий, наложенных друг на друга, чтобы намекнуть на деревья и холмы, но не определить их четко. Руины сведены к серым формам с неровными контурами, их ступени и края лишь угадываются через быстрые, прямые штрихи, которые не совсем совпадают. Вся сложность превращается в веселый хаос: ландшафт становится лоскутным одеялом из зеленых и серых мазков, формирующих лишь намеки на холмы и постройки. В этом есть та самая небрежность, характерная для детских рисунков на старом персональном компьютере.
Фантазия в стиле каракулей
Интересные результаты получены и при обработке уже созданных нейросетью изображений. Например, эксперимент с портретом «героя приключенческого романа» с реактивным ранцем показал, что ранец превратился в пару округлых форм с простыми контурами, соединенными линиями, напоминающими ремни. Пламя, вырывающееся из ранца, свелось к оранжевым и красным полосам, а город внизу — к набору вертикальных линий и простых прямоугольников, символизирующих здания.
Поскольку исходное изображение само по себе было фантастическим, «каракульная» версия воспринимается как детский рисунок воображаемой сцены. Несовершенства здесь лишь усиливают ощущение игры и легкости.
Почему это работает?
Привлекательность этого эксперимента заключается не только в новизне трансформации отполированных фотографий в детские рисунки. Несмотря на кажущуюся неряшливость, созданные изображения не случайны. Каждое из них сохраняет достаточно оригинальной структуры, чтобы оставаться узнаваемым, что делает искажения похожими на преднамеренный художественный выбор, а не на ошибку. Это тонкая грань между плохо нарисованным изображением и изображением, нарисованным плохо намеренно.