Мировые цены на энергоносители остаются на высоком уровне, однако они оказались значительно ниже пессимистичных прогнозов экспертов. Несмотря на то что с момента закрытия Ормузского пролива прошло более 100 дней, стоимость нефти удерживается на отметке ниже 90 долларов за баррель. В начале кризиса, который Международное энергетическое агентство назвало «самым сильным шоком для поставок в истории», аналитики предсказывали рост цен до 200 долларов за баррель. В таком случае стоимость бензина могла бы составить 1,7–1,85 доллара за литр, однако катастрофического сценария удалось избежать.
Факторы устойчивости рынка
Относительная стабильность объясняется несколькими причинами. Часть нефти продолжает поступать из ближневосточного региона по альтернативным трубопроводам и скрытым маршрутам через сам пролив. Кроме того, страны-производители, не зависящие от этого логистического узла (прежде всего США), активно наращивают объемы добычи. Многие государства также продолжают использовать свои стратегические резервы. Однако наиболее значимым и неожиданным фактором стало резкое сокращение закупок со стороны крупнейшего мирового импортера — Китая.
Пекин сокращает импорт нефти
КНР традиционно является главным покупателем сырой нефти, обеспечивая значительную долю спроса для Ирана и других стран Ближнего Востока. Однако китайский импорт упал с 11,6 млн до примерно 7,8 млн баррелей в сутки, что является минимальным показателем с 2017 года. Благодаря этому на мировом рынке образовался избыток ресурсов, который смогли выкупить другие страны.
В обзоре исследователя нефтяного рынка Рори Джонстона отмечается, что такие данные обычно свидетельствуют о масштабном обвале спроса, сопоставимом с периодом жестких ограничений во время пандемии. Тем не менее экономика Китая не демонстрирует признаков спада: показатели промышленного производства, интенсивность дорожного движения и уровень загрязнения воздуха указывают на стабильную работу предприятий. Хотя государственные инвестиции в «зеленую» энергетику и электромобили помогают снизить зависимость от ископаемого топлива, они не могут полностью объяснить столь резкое падение импорта.
Стратегия накопления резервов
Эксперты полагают, что текущая ситуация является результатом долгосрочной стратегии накопления запасов. В 2023 году, несмотря на замедление экономического роста, Китай аномально высокими темпами закупал нефть и наращивал производство нефтепродуктов. Вероятно, сейчас Пекин расходует эти резервы. Существует несколько версий того, откуда поступает топливо:
- Использование скрытых подземных хранилищ, которые невозможно отследить с помощью коммерческих спутников.
- Расход запасов государственных компаний, которые по закону обязаны поддерживать собственные топливные резервы.
- Прямое высвобождение нефти из государственных хранилищ, о чем ранее заявляли представители министерства энергетики США.
Точные объемы китайских запасов остаются государственной тайной, однако, по разным оценкам, они могут составлять от 500 миллионов до 1,5 миллиарда баррелей. Этого объема теоретически может хватить на несколько месяцев автономной работы экономики.
Геополитическая роль «балансирующего потребителя»
По мнению аналитиков, действия Пекина могут быть направлены на предотвращение глобального кризиса на своих ключевых экспортных рынках. Если бы цена нефти достигла 150 долларов за баррель, это нанесло бы тяжелый удар по экономике стран-покупателей китайских товаров. С другой стороны, такая политика может косвенно влиять на политические процессы в США, снижая давление на потребителей в важный предвыборный период.
Ситуация подчеркивает новую роль Китая в мировой экономике. Если раньше Саудовская Аравия считалась «балансирующим производителем», способным влиять на рынок через объемы добычи, то теперь Китай стал «балансирующим потребителем». Способность Пекина изолировать себя от рыночных потрясений за счет накопленных ресурсов делает его более устойчивым к внешнему давлению и возможным будущим геополитическим кризисам.